Конкурс «Ассассин в России» работа Fiarel

assassins-creed-3.ru_konkurs-assassinvrossii

Предлагаем вашему внимание рассказ пользователя Firael на тему “Ассассин в России”. Текст опубликован как в первоисточнике без изменений, дабы полностью передать впечатление о конкурсной работе.

Assassins Creed: Foundation

1

В понедельник было 9 января, а сейчас, наверное, весна. В этой дыре нет ни дня, ни ночи, ни дней недели. От консервов, солонины и сухарей уже тошнит, но хотя бы вода в этом бункере чистая – спасает резервуар, запитанный от артезианской воды. Согреться бы хоть водкой, но Дмитрий не разрешает расслабляться. Сроки, у него на уме только сроки.

Юля, его ассистентка, чуть мягче, но не посмеет ослушаться указаний. Она тоже верит в то, что делает. Я, наверное, тоже. После всего, что я видел, слышал, чувствовал, испытал трудно оставаться в нейтралитете, и единственный путь – примкнуть к этим двоим (хотя они говорят, что нас намного больше, и я верю) и постараться расставить все по своим местам. Меня зовут Олег. И ассассины – это больше чем легенда.

2

Олег открыл глаза, и увидел деревянный потолок. Вокруг мерно скрипело дерево, а его гамак покачивался из стороны в сторону. В голове стоял гул, и он не мог сосредоточиться. В жизни Василия Салтыкова, его предка, прошло десять лет напряженной и переполненной событиями жизни, но Анимус просто перемотал их, и теперь в голове крутились воспоминания, толкались и пытались показать себя потомку, открыться и встать на свои места.

Десять лет назад отец рассказал ему об Ассассинах, древнем ордене, который вот уже семьсот лет ведет незримую войну за будущее человечества с тамплиерами, сподвижниками мировгого и абсолютного господства. Десять лет назад Василий начал постигать кредо убийцы, чтобы дать отпор врагу, о котором знал не понаслышке. Его дед и прадед были тамплиерами, но отец Василия, Федор Салтыков, смотрел на мир иначе, и, будучи втянутым в войну, уже не мог от нее отказаться и примкнул к российскому ордену во главе с Никитой Зотовым.

Олег, погруженный в воспоминания своего предка, направлялся на корабле в Амстердам, где должен был встретиться с царем, который под личиной простого работника трудился в кораблестроительных верфях на Рейне. Зотов лично дал распоряжение об этой миссии, будучи учителем Петра, Никита знал, как любит юный царь отдаваться новым идеями, и опасался влияния тамплиеров, что полностью опутали Европу своими липкими путами. Он знал, что тамплиеры попытаются переманить на свою сторону Петра, и если у них не получится, Россия останется без царя. В Москве у них хватало сил противостоять тамплиерам, и даже обратить их злодеяния во благо и воцарить Петра. Но Софья была не единственной прислужницей ордена, хотя после того как её осадили, вздохнуть стало легче. Какое-то время можно было не опасаться за жизнь, здоровье и ум единственного оставшегося в живых наследника российского престола. Но на чужбине, где тамплиеры были превосходящей силой, а итальянский орден был занят своим фронтом, рассчитывать можно было только на свои силы.

Васили проверил свой скрытый клинок, поправил наручи, со стуком спрыгнул на пол каюты и вышел, накинув на глаза капюшон с традиционным ястребиным клювом. На палубе было неспокойно, матросы бегали вдоль бортов, поправляли паруса и готовили якорь. Рулевой и капитан стояли на возвышении кармы и о чем-то оживленно спорили. Ассассин облокотился на бакборт, и уставился на проплывающий мимо город. Они прибыли в Арнем, откуда Василий должен был отправиться в Амстердам и найти Петра.

Не углубляясь в город, Василий спустился вниз по реке до пригородков, и нанял повозку до Амстердама. Звон тугого мешка с монетами убедил старого извозчика в том, что лошади его могут пойти быстро и всего с двумя остановками. Он заплатил вперед половину, разложил вещи и достал из внутреннего кармана небольшую книжицу с выдубленным на обложке гербом ассассинов. Подпись под гербом была отделана золотом: NIHIL VERUM EST LICET OMNIA.

3

Грохот разорвал сон Салтыкова в клочья. Заржал конь, извозчик выругался на голлндском и закричал что-то в ночь, свистнул кнут. Повозка задрожала от нарастающей скорости, и капюшон с ястребиным клювом поник и упал на застежку плаща, а за ним и плащ повалился на пол. Василий не спал. С противоположного, неосвещенного сиденья, он наблюдал, как его вещи, накрытые плащом, рассыпались по полу. Острый пороховой запах резанул по ноздрям, грохот выстрела звенел в ушах. Через люк в крыше повозки он взобрался на сиденье и подвинул старика.

- Мы так не договаривались! – заорал старик, но Василий уже выдернул из его рук поводья и начал разворачивать лошадей.

- Заплачу втрое, – крикнул ему в ответ ассассин, и рванул поводья на себя.

Повозка заскрипела, накренилась, но выдержала поворот. Перед Василием открылся вид на небольшой городок, утопающий в ночи, заботливо освещаемый уличными фонарями. Он знал, откуда в него стреляли, и щурясь, вглядывался в том направлении, сосредоточив все свое орлиное чутьё. Вдруг слева он увидел мелькнувшую тень, и нутро подсказало, что это его добыча. Он бросил поводья старику и сказал, чтобы тот жал его на площади, после чего поднялся на ноги и спрыгнул на землю, кувыркнулся, оставляя за спиной грот копыт и скрип телеги, и не теряя времени, взобрался на одну из крыш.

Плотно застроенный городок позволял легко и без препятствий сокращать путь, тогда как его неудачливый убийца метался по узким зловонным улочкам, натыкаясь на тупики. Выбеленные лунным светом крыши гулко ухали, когда ассассин приземлялся на них тяжелыми сапогами и бежал дальше. Человека в мундире он скорее чуял, чем видел, и вскоре почти поравнялся с ним. Тот бежал, спотыкаясь о бочки и мусор, выкрикивал ругательства и постоянно оглядывался. Ассассин же бежал молча и неумолимо приближался к своей цели. Он перепрыгнул на сколоченные балки и бежал уже прямо над заметившим его человеком. В несколько прыжков он нагнал его по верху, прыгнул и крутнувшись раз на трубе, соединявшей два дома, приземлился на плечи убегавшего солдата.

От жесткой посадки в плече жертвы что-то хрустнуло, и мужчина закричал, срывая голос. Василий перевернул его на спину, наступил коленями на руки и приставил к горлу скрытый клинок.

- Говори, и я оставлю тебя в живых.

- Пошел ты к дьяволу, ассассин!

Василий надавил на горло, острие клинка порвало кожу и на бледной коже выступили темные капли.

- Откуда ты узнал обо мне?

- Мы знаем все, ассассин, не стоило тебе соваться в наши дела. Время на нашей стороне, ты застрял посередине, а мы уже давим с концов!

- Покойся с миром.

Салтыков двинул рукой, ощутил небольшое сопротивление, мягкий хруст, а потом клинок вошел на всю глубину. Тамплиер закашлялся, но продолжал хрипеть проклятия, пока наконец его глаза не закрылись. Шепотом он произнес славу ордену на латыни и затих. Ассассин вытер клинок платком, встал над телом врага и осмотрелся. Возбужденный организм дрожал от переполнявшей его силы и решимости, но Василий успокоился и позволил холодному рассудку взять контроль.

4

Наутро после покушения Салтыков был в пригороде Амстердама, где его встретил посланник от местных ассассинов. Он передал ему всю известную информацию о местонахождении царя, и, минуя пышный город, Василий поспешил в Заандам, где расположился русский царь под личиной подмастерья. Найти его среди работников было не трудно. Статный мужик, широкий в плечах, на две головы выше среднего голландца. Василий наблюдал за ним до вечера, не решаясь заговорить на людях, и ждал момента. Тем более, тот тамплиер говорил, что царь в опасности, а значит, нужно было держать оружие наготове. С этими мыслями, ассассин сжал в руке под плащом свой десятизарадный пистолет, доставшийся от отца, и продолжал наблюдать за работами на верфи с берега реки.

В голове аздался женский голос.

- Я перемотаю. Жди, это последний участок перед восстанием. Нужна полная синхронизация, слышишь?

Олег сосредоточился и ответил:

- Давай.

Картинка задрожала, облака ускорились в десятки раз, рябь на воде мельтешила как белый шум. Наконец, небо начале наливаться оранжевым, и Анимус восстановил прежнюю скорость течения времени.

Василий наблюдал, как Петр собирает инструменты, берет свой мешок и отправляется в сторону города. Держась на расстоянии, ассассин следовал за царем по улочкам провинциального городка, и вскоре остановился на расстоянии двух домов вниз по улице Кримп. Судя по всему, хозяина в доме не было, и как только Петр скрылся за водной дверью, Салтыков взобрался на крышу пристройки на заднем дворе и через окно проник внутрь. Он бесшумно опустился на застеленный ковром пол, очутившись в спальне хозяев. Богатое убранство комнаты перемежалось с простотой рабочего человека, который приютил в своем доме российского государя.

Шаги царя затихли в одной из комнат, после чего Василий услышал удивленный вздох крупного человека. За ним последовали грохот и звуки борьбы. Ассассин открыл дверь, не нарушая своего прикрытия и легко и быстро, как кошка, спрыгнул на первый этаж. Комната, за которой слышались удары была по правую руку, и Василий, не медля, ворвался. Он оказался за спиной у коренастого человека, в руке он держал нож, и тихо двигался к спине Петра. Последний вытаскивал плотницкий топорик из рассеченной головы второго убийцы, и с изумлением посмотрел на бандитов, один из которых был в странном капюшоне. Вдруг рука второго легла на шею коренастого, и лицо его исказилось гримасой боли, вдруг он поник, кинжал воткнулся в деревянный пол и немного накренился.

Василий бесшумно опустил мертвеца на пол, и перешагнул его, направляясь к Петру. Последний стоял с широко распахнутыми глазами, подняв топор для удара. Правая щека дергалась от нервного тика. Василий сделал ещё один шаг и встал на одно колено.

- Мой государь, - почтительно произнес он.

5

Петр, не искушенный войной, помог Василию спрятать трупы в повозке с сеном, которую наутро было решено вывезти за город и сжечь. После царь тяжело упал в кресло, налил себе водки и сделал несколько глотков из хрустального стакана, вытер губы и спросил.

- Так кто же ты?

Василий рассказал ему про братство, про тамплиеров и про незримую войну, которая прячется за всеми войнами мира. Рассказал про Никиту Зотова, и царь перебил его:

- Никитка?! Мой старый учитель? Да он же лыку не вяжет с утра до утра! Хотя… В детстве, он мне рассказывал сказки про ассассинов, про войны прошлого. Да-да, воодушевился Петр, - С тех пор я полюбил так ратное дело, - он улыбнулся, посмотрев куда-то в потолок, - Осада Мосиафа, штурм Иерусалима. Старый сукин сын, как прятался все это время. А что же Софья?

И Салтыков рассказал ему о подстроенных смертях, болезнях, связях с Шведскими орденами, о силе, которая пытается его свергнуть, и, наконец, о недавних убийцах.

- Если все верно, то сейчас в Москве назревает переворот. Скорее всего, - продолжал Салтыков, - Софья попытается поднять войска и взять кремль силой. Убийца, которого подослали ко мне, сказал что под угрозой вы и сама Россия.

- Все это… Неожиданно, - протянул Петр.

- На раздумья нет времени. Впрочем, - добавил ассассин, - Как и всегда.

- Зачем им все это?

- Основатель братства говорил, что тамплиеры, как и мы, хотим мира. Разница лишь в том, что ассассины верят в человека, а тамплиеры – в силу. Сейчас они просто проверяют вас, но нам известно, что османская империя вооружена за счет тамплиеров и может двинуться войной. Возможно, они ищут

…они ищут

…ищут

…ут

……………………………………………………

Программный сбой. Пожалуйста, завершите сеанс. Программный сбой. Пожалуйста, завершите сеанс.

6

Я открыл красные глаза и уставился в экран. Сообщения об ошибке были подсвечены красным, а пережитый сон медленно растворялся в окружающей тишине. Только тяжелело где-то под сердцем чувство долга, и благодаря ему, здесь, загнанный врагом в ржавую дыру между лабиринтами метро и канализацией, я буду есть консервы с сухарями, недосыпать и трястить от олода, но не от страха. У меня много имен. Я – ассассин.


Вы можете оценить работу участника в соответствующей теме голосования в конкурсе “Ассассин в России”, а свое мнение о рассказе оставить ниже в комментариях.

Добавить комментарий